Быть или не быть или все что вы хотели знать о строительстве ХАЭС 3, 4

По странному стечению обстоятельств, раз в несколько лет информационное пространство будоражит новость о строительстве атомных энергоблоков Хмельницкой АЭС №№ 3, 4. Эксперты такие сообщения воспринимают скорее с саркастической улыбкой, а общественность вообще не знает как реагировать из-за нехватки незаангажированной информации. Государственный научно-технический центр по ядерной и радиационной безопасности как организация научно-технической поддержки Государственной инспекции ядерного регулирования Украины считает своим долгом донести к общественности Украины информацию о том, что же происходит на самом деле.

В этом нам помог разобраться директор ГНТЦ ЯРБ Игорь Шевченко.

Итак, для начала давайте вспомним как все начиналось.

Историческая справка:

Решение о строительстве Хмельницкой АЭС было принято Министерством энергетики СССР в 1975 году и уже в 1981-м в городе Нетишин Хмельницкой области началось строительство первого энергоблока. В 1983 году стартовало строительство второго блока АЭС, в 1985-м – третьего, и в 1986-м — четвертого.

Первые два ВВЭР-1000 были успешно сданы в эксплуатацию: один в 1987 году, а вот второй — уже в 2005 году. Дело в том, что в 1990 году, после аварии на ЧАЭС, на строительство новых атомных энергоблоков был наложен мораторий. Известно, что второй и третий энергоблоки ХАЭС на тот момент были готовы на 75%, четвертый — на 28%.

Строительство оставалось замороженным в течение трех лет – до 1993-го, когда парламент отменил свой мораторий. Когда в 2005-м наконец был достроен второй энергоблок Хмельницкой АЭС, Кабмин принял распоряжение о продлении работ на третьем и четвертом энергоблоках.

В 2008 году в Министерстве топлива и энергетики был проведен конкурс по отбору типа реакторной установки для 3-го и 4-го энергоблоков АЭС. Его победителем стала российская компания «Атомстройэкспорт». Этим сотрудничество с русскими не ограничилось: в 2010-м украинское профильное ведомство заключило соглашение о сотрудничестве с «Росатомом», было подписано соглашение о сотрудничестве в сфере ядерной энергетики между правительствами Украины и России. Тогда ориентировочная стоимость завершения недостроенных энергоблоков ХАЭС составляла 15 млрд грн. В 2012 году был принят ряд важных решений: парламента – по размещению, проектированию и строительству 3-го и 4-го блоков Хмельницкой АЭС, Кабмина – относительно технико-экономического обоснования строительства. Ожидалось, что смета проекта составит 40 млрд грн, а мощность двух энергоблоков в сумме составит 2000 МВт.

Однако в 2015 году в ответ на российскую агрессию Верховная Рада Украины поддержала решение о денонсации соглашения о сотрудничестве между украинским и российским правительствами в вопросе развития атомной энергетики. К слову, сейчас, по разным оценкам, стоимость достройки энергоблоков Хмельницкой атомной электростанции составляет около 80 млрд грн.

Как можем наблюдать, динамика стоимости проекта по достройке ХАЭС 3, 4 с начала строительства выросла более чем в 5 раз, кроме того, не только среди экспертов, но и в обществе оживились дискуссии о целесообразности таких инвестиций, ведь, несмотря на современную тенденцию, производство электроэнергии в Украине в избытке.

– Игорь Анатолиевич, строительство ХАЭС 3, 4 сегодня уже воспринимается скорее как анекдот. По меньшей мере четыре премьер-министра заявляли о необходимости и значимости этого проекта, но вот уже пять лет как никаких сдвигов в этом направлении нет. Как думаете, что является основной причиной того, что долгострои ХАЭС до сих пор таковыми остаются?

– Чтобы ответить на этот вопрос, прежде всего, необходимо вернуться к истории. В 2005 году распоряжением Кабмина было принято решение о возобновлении деятельности по строительству энергоблоков № 3 и 4 ХАЭС. После чего с привлечением ОАО «КИЭП» НАЭК «Энергоатом» совершил работы по обследованию строительных конструкций зданий и сооружений энергоблоков на предмет дальнейшей возможности их использования. По результатам этих обследований были разработаны отчеты и меры по восстановлению работоспособности строительных конструкций зданий и сооружений энергоблоков № 3 и 4 ХАЭС. В то же время, Компания заявляет, что отказывается от установки ВВЭР-1000/В-320, которая была в проекте, и меняет ее на более новый тип установки, который в то время существовал в РФ — ВВЭР-1000/В-392Б.

В 2009 году на заседании Коллегии Госатомрегулирования были рассмотрены отчеты по анализу конструкций. Из основных выводов – отсутствие полной информации. Отчеты не содержали достаточно данных, в частности, не проведен анализ всех помещений и конструкций, например, потому, что все, что находится ниже отметки «0», затоплено водой. Вовсе не проанализировано состояние арматуры железобетонных конструкций. А главное, не проанализирована возможность использования РУ ВВЭР-1000/В-392Б на конструкциях, предназначенных для РУ ВВЭР-1000/В-320. Коллегия рекомендовала Энергоатому отчеты доработать. Прошло 11 лет и, на сегодняшний день, никаких новых документов Госатомрегулированию не поступало.

После того, как на востоке Украины начались военные действия, концепцию строительства энергоблоков Энергоатом изменил, отказавшись от российской установки, зато заявил о строительстве энергоблоков с РУ ВВЭР-1000Х («хмельницкий»), было изменено технико-экономическое обоснование, поскольку регулятором оно было согласовано для предварительной РУ и в очередной раз заявлено об изменении проекта. Речь шла о чешской «АО Skoda JS a.s.» (которая, между прочим, до сих пор находится в санкционных списках США — ред.).

Итак, пока нет никакого понимания о том, какой именно будет РУ в основе энергоблоков. Все заявления о том, что новый проект будет представлен в течение полугода, тоже маловероятны, поскольку от начала проектирования и строительства ХАЭС 3, 4, особенно после аварий на энергоблоках Чернобыльской АЭС и АЭС Фукусима, существенно изменились требования и подходы к ядерной и радиационной безопасности, в том числе, для новых ректоров. Даже для действующих энергоблоков АЭС Украины, после аварии на АЭС Фукусима, с учетом международного опыта, появились новые подходы к безопасности, и сейчас практически во всем мире реализуются так называемые «постфукусимские» мероприятия.

Отдельно хочу подчеркнуть, что новый энергоблок не может проектироваться и начинать строиться сразу же, априори, с отступлениями от существующих норм и правил. Поэтому предложенный проект «со старта» должен быть проанализирован на соответствие нормам и правилам, а также полностью соответствовать современному видению и уровню безопасности.

Сейчас ведется много разговоров о возможности реализации подхода внешнего охлаждения корпуса реактора, который, по мнению некоторых экспертов, существенно повысит уровень безопасности реакторов ХАЭС 3, 4. Хочу напомнить, что этот, пока только научный, проект института Ржеш (Чехия) еще продолжается. Украина не является его стороной. Более того, в свое время НАЭК «Энергоатом» не присоединился к участию в нем. Полного доступа к его результатам у Украины нет. Но самое главное – проект не только не был реализован ни на одном энергоблоке АЭС, включая Чехию, но и его результаты, насколько мне известно, не рассмотрены и не согласованы ни одним регулятором, опять же, включая Чехию. Более того, по имеющейся у меня информации, окончательная конфигурация системы такого охлаждения корпуса реактора отсутствует (система внешнего охлаждения корпуса реактора может быть без дополнительных модификаций подреакторного помещения, или с установлением специального оборудования — ред.).

Поэтому, заявления о том, что проект строительства ХАЭС 3, 4 будет в ближайшее время реализован у нас, очень оптимистичны.

Источник: ХАЭС

– Ходят слухи, что конструкции не были должным образом законсервированы, а потому не подлежат дальнейшей эксплуатации. Правда ли это?

– Абсолютно верно. Строительные конструкции ХАЭС 3, 4 не были защищены от внешних воздействий, в т.ч. погодных условий. В Постановлениях Коллегии об этом неоднократно упоминалось.

Строительная площадка ХАЭС 3, 4 какой была на момент введения моратория, такой ее и оставили, какие-то незначительные работы по поддержанию зданий ведутся, но они недостаточны, а деградация строительных конструкций ежегодно прогрессирует. Это мы лично могли видеть во время неоднократных обзорных визитов на АЭС. На минуточку, эти блоки ровесники Чернобыльской катастрофы. Для лучшего понимания, что происходит со строительными конструкциями за такое время, можно поехать в Припять и посмотреть ,в каком состоянии сейчас находятся заброшенные здания. Поэтому, еще раз подчеркиваю: на данное время существует насущная необходимость проверить не случилось чего-то подобного с конструкциями ХАЭС 3, 4. Кроме того, необходимо проанализировать возможность сохранения целостности этих конструкций в условиях возникновения аварий (при проектных авариях максимальное давление в гермооболочке может достигать до 5 кгс/см2, а температура -до 150 °С – ред.), учитывая их текущее состояние.

– Не было речи о демонтаже этих конструкций?

– Нет, такая возможность не рассматривалась. Хотя подобная практика, даже должным образом законсервированных энергоблоков, в мире существовала.

– Подобная судьба была и у энергоблоков № 4 РАЭС и № 2 ХАЭС, однако их удалось успешно достроить и в 2004-м и 2005-м соответственно и ввести в эксплуатацию. Почему так не получилось с ХАЭС №№ 3, 4, как думаете?

– Готовность этих блоков была значительно выше. Не возникало вопросов к строительным конструкциям, реакторной установке, там оставалось только монтировать и налаживать оборудование. Кроме того, что касается РАЭС, которая имела меньшую степень готовности, то большая заслуга в этом бывшего директора Владимира Коровкина, его политической воли.

– Не так давно речь шла о назначении энергоблоков ХАЭС для экспорта электроэнергии в Европу, о так называемом проекте Энергомост. У этого проекта есть как и сторонники, так и критики, какова Ваша позиция в этом вопросе?

– Ту инициативу, которая была озвучена несколько лет назад, я поддерживал, ведь Украина вполне может экспортировать свою электроэнергию в Евросоюз, в частности, в Польшу. Однако, пока Украина решала строить эти два блока или нет, Польша начала достаточно активно работать над строительством собственных энергетических мощностей. Кроме строительства ТЭС, в ближайшем будущем поляки планируют построить два энергоблока АЭС. Поэтому возникают сомнения относительно того, что Польша будет инвестировать в большой проект в Украине, имея собственные планы развития генерации.

Источник: ХАЭС

– По вашему мнению, насколько вообще целесообразным для Украины является строительство атомных энергоблоков большой мощности?

– Не все так однозначно в этом вопросе. К сожалению, Украина не имеет четкой стратегии развития топливно-энергетического комплекса в целом. Точнее, она есть, но постоянно изменяется, и сейчас непонятно, каким путем мы идем. Блоки большой мощности – это базовые нагрузки, на их проектирование, лицензирование и сооружение потребуется около 10 лет, а потому, в первую очередь, принимая решение по их строительству, необходимо понимать, будут ли они вписываться в экономику Украины того периода.

Для этого необходимо провести большой научно-экономический анализ развития не только атомной генерации, но и солнечной, ветровой, гидро, тепловой. А потому, точно говорить о том, что нам через 10 лет необходимы будут такие базовые мощности, я не могу. Если мы станем аграрной страной – нет, если мы будем развивать промышленность, налаживать энергозатратные технологические процессы, строить большие заводы – наверняка.

О необходимости строить в Украине малые модульные реакторы ответ тоже неоднозначен. ММР более интересны для стран со значительными территориями, скажем, как Канада, или для стран с малоразвитой энергетической системой. Основное их преимущество – возможность быть установленными на удаленных территориях для того, чтобы не нести потери электроэнергии при передаче потребителям, как вариант строить такие станции рядом с городами и покрывать их потребности.

Что касается Украины, у нас нет проблем с сетями, ММР мы можем поставить на любой площадке, которая будет удовлетворять нормативные и законодательные требования. Единственное, на что в нашем случае следует обратить внимание, и что есть достаточно важными аспектами в этом вопросе – это высокий уровень безопасности и достаточно быстрое строительство, что декларируется разработчиками ММР, а также совместная работа модульных реакторов с другими видами «зеленой» генерации. Например, на презентациях NuScale работа ММР демонстрируется в кооперации с возобновляемыми источниками. Когда нет ветра или солнца, такая установка способна достаточно быстро развернуть свои мощности.

Поэтому подчеркну: о необходимости строительства новых блоков можно говорить только после понимания того, каким путем экономического развития будет двигаться страна. Если говорить о энергоблоках большой мощности, как замещающих – это вполне возможно.

 

– Каким вы видите дальнейшее развитие ядерной энергетики Украины, есть ли у нас хоть какой-то потенциал?

– Начиная с конца вопроса – у нас грандиозный инженерно-технический потенциал, мы можем развивать и строить новые мощности, и опыт эксплуатации у нас огромный. Об этом знают во всем мире, поэтому наши специалисты так ценятся там.

В общем, атомная энергетика досталась нам в наследство, а нашей главной задачей является обеспечение надежного и безопасного функционирования этих установок, а вот развивать и в каком направлении двигаться, нужно думать.

Откровенно говоря, учитывая развитие современных технологий, мне трудно представить, что у нас через 7-10 лет будет построен и введен в эксплуатацию блок, который был спроектированн в семидесятых годах прошлого века.

Непонятно почему сейчас снова поднялась эта тема, поскольку у нас до сих пор остаются нерешенными стратегические вопросы существования и дальнейшего развития атомной генерации. Относительно заявления построить энергоблок в такой короткий срок как четыре года, то об этом вообще не может быть и речи. Только процесс лицензирования новых ядерных установок во всем мире длится не один год. Например, в США лицензирование регулятором ядерной установки длится до 8 лет и это учитывая существующий значительный опыт и возможности. И сейчас я говорю вовсе не о бюрократии. Тщательное внимание ко всем аспектам безопасности требует времени.

Кроме того, не стоит забывать, что в Украине проект лицензирует не только Госатомрегулирования, процесс лицензирования – это большая комплексная государственная экспертиза, включая ГАСИ, ГСЧС. И надеюсь, что к процессу лицензирования будут привлечены также эксперты ведущих европейских регуляторов и организаций технической поддержки.

Поэтому, на мой взгляд, о возможном старте каких-либо работ по ХАЭС 3, 4 можно говорить исключительно тогда, когда будет выполнен полный анализ строительных конструкций, определен тип реакторной установки, будет понимание, что системы, которые предполагается реализовать в проекте, эффективны (внешнее охлаждение реактора — ред.), будет выполнен анализ соответствия проекта требованиям нормативных документов. Только тогда мы сможем делать какие-либо выводы относительно того, стоит ли там вообще что-то строить.

Прес-служба ГНТЦ ЯРБ.